Перейти к содержанию
Авторизация  

Рекомендуемые сообщения

Лето на Липецком курорте. Очерк А. С. Толстова. 1902 год.

Глава 6

В ведении Липецких вод находится два парка — Верхний и Нижний. Последний раскинулся в долине между Воронежской и Соборной горами, почти при устье речки Липовки, он расположен по обоим берегам его. При самом конце спуска с Соборной горы, налево, будет вход в сад. Над воротами вывеска: «Липецкие Минеральные Воды» и орел вверху. Направо маленькая будка для предъявления сезонных билетов. Пройдя ворота, входим в парк и по широкой аллее спускаемся несколько под гору. Направо, почти при конце аллеи, находится небольшой деревянный домик, в котором по летам помещается отделение библиотеки липецкого общественного клуба. Всегда там можно видеть одного-двух посетителей, читающих газеты. Идем дальше, скоро выйдем на площадку, на которой стоит ванное здание. На ближайшей к нам стене увидим чугунную доску с изображением руки и топора Петра Великого. Ванное здание — это каменное одноэтажное строение, средняя часть которого занята входом и общей комнатой для ожидания, здесь же сидит и смотрительница ванн. В 18 столетии и в начале 19-го лечащиеся разбивали около источника палатки и ставили там собственные ванны. После 1805 г. заложено было настоящее здание, но окончательно отстроено в продолжение нескольких лет.

large.1986848034_-5-1--.jpg

Всех номеров 24, из них 17 женских и 7 мужских. Все они отделаны довольно чисто. Ванны исключительно медные, грязевые — железные, оцинкованные. В каждом номере открываются три трубки: одна с простои водой, другая — с железистой, третья — с паром для нагревания воды. Есть диван с подушкой, на котором можно отдохнуть после ванны, хотя для последней цели существует особая комната, где поставлены кушетки, огороженные красными ширмами; здесь же делают и массаж.

large.10-.jpg

Из средней комнаты ведет лестница на верх ванного здания, в читальню. Читальня переделана из  чердака ванного здания, поэтому она низка и в ней очень жарко. Читать с удобством можно на балконе, с которого открывается прелестный вид. Прямо перед зданием раскинулся цветник, посреди его фонтан, который, к сожалению, очень редко действует — воды, говорят, нет. Кругом фонтана поставлены железные диванчики тоже для ожидания очереди ванн. Цветник окружен стеной деревьев — тополи, белая акация, дубы, огромные ветлы. Из цветника одна дорожка приводит в очень красивую беседку из елей, которая имеет форму листа. Близ ванного здания, вправо, стоит каменный корпус, где теперь помещаются машины, готовится торф, а в будущем здесь будет помещаться водолечебница и грязелечебница. За этим зданием — пруд, его густой стеной окружают пирамидальные тополи, ветлы, образуя аллею. Особенность Нижнего парка — колоссы-ветлы, есть такие огромные, что едва могут обхватить пять человек. Далее за прудом начинаются болота, из которых берут торф для ванн. Около болот два сарая для сохранения, высушивания, размельчения и просеивания торфа. Болота служат источником сырости Нижнего парка, впрочем, незначительной.

large.09-.jpg

На левом берегу Липовки идет широкая Институтская аллея, названная так потому, что здесь гуляют институтки в ожидании ванн. В конце этой аллеи перекинут мост через Линовку с железными перилами и надписью: «Кожинов мост», в память М. И. Кожина, одного из акционеров. Недалеко от моста виден недействующий теперь фонтан, построенный при акционерном обществе; фонтан окружен группою пушек, оставшихся от прежнего литейного завода, окаймлен чугунным тротуаром и украшен целою стаею чугунных лягушек.

large.1482934082_-5-2----.jpg

Перейдя мост, подходим к бюветному зданию. Снаружи здание имеет вид круглой башни с куполообразной крышей и шпилем, окружено галереей, поддерживаемой деревянными столбами. Здание это начато постройкою в 1808 г. Внутри находится четырехугольный каменный бассейн, окруженный железной бронзированной решеткой. Бассейн углубляется ниже горизонта пола на один аршин и 10 вершков; немного выше дна, с боковых стенок, выступают трубки, проведенные из источника. Стакан ставят в особую сетку, которая приделана к шестику, опускают его к отверстию, откуда бежит вода, у задней стены здания стоит небольшая статуэтка Петра Великого, а у правой стены — икона Богоматери «Живоносный Источник». В бюветном здании, за плату конечно, можно получить привозные минеральные воды, липецкую газированную воду (7 коп. ½ бут.) и кумыс. Бюветное здание считается центральным местом всего курорта здесь совершается молебен пред открытием сезона. От бюветного здания до курзала идет крытая галерея 12 саж. длины.

Курзал — каменное одноэтажное здание. К фасаду, обращенному в сад, пристроена широкая крытая терраса, на которую ведут три лестницы. По бокам средней лестницы вделаны 4 чугунные доски с надписями: 1707 год, т. е. год основания липецких чугунно-литейных заводов, и 1776 г., год перестройки. Перед террасой большая площадка, обсаженная по краям деревьями и кустарниками. Курзал состоит из одной длинной комнаты, с хорами и двойным светом в центральной части, и нескольких небольших комнат, в которых помещаются столовая, буфет и пр. В большой комнате устраиваются танцевальные вечера, спектакли. Под аркой, соединяющей эту комнату с террасой, приютилась библиотека. Помещение для библиотеки очень неудачно; оно темное и проходное. Столовая курзала очень тесна, так что публика, обыкновенно, ютится на террасе.

large.902632799_-5-3-.jpg

От площадки перед курзалом идет аллея, параллельно Институтской, вдоль правого берега речки Липовки. Вправо от аллеи видна небольшая горка с беседкой на ней, в которой прежде играли музыканты. Теперь на этой аллее, только дальше, устроена новая музыкальная беседка, перед ней площадка с рядами диванчиков. Аллея впадает в площадку «Трех грации». Сюда сходятся дорожки с разных сторон парка. Одна из них приводит в фотографический павильон Цаплина, где продаются виды Липецка. Далее за площадкой Трех граций, по правому берегу Липовки, тянется широкая аллея, густо заросшая с обеих сторон кустами орешника, который образует зеленую арку. Направо с этой аллеи виден огород, парники и небольшая теплица. С левой стороны видно ванное здание своим задним фасадом. Вдоль стены проложена дощатая дорожка, по которой возят грязь к ваннам. То и дело тачка с грязью подъезжает к маленькой дверце наравне с землей; дверца отворяется и начинается передача грязи из тачки в ванну.

Аллея из орешника доходит до узенького деревянного мостика.

Пройдя мостик, входим на дорогу среди ветлового леса. Вправо от нас будут питомники разных растений В. В. Быханова. Здесь ежегодно выгоняют сотни тысяч молодых деревцов. Все лето в питомниках работает народ, главным образом женщины. Дорога или аллея среди ветлового леса —  лучшая аллея во всем парке, здесь совсем другая жизнь. Кругом непроходимые дебри. Из чащи доносятся гортанные звуки цапли, которые вьют там свои гнезда, порой звонко и тоскливо прокричит кукушка. Далеко, далеко видно на другой конец аллеи. Налево открывается прелестный вид на дворянскую часть города,— сколько бы раз вы ни ходили здесь, вы не удержитесь, чтобы не полюбоваться садом. Аллея эта ведет к р. Воронежу и делает три поворота. По левую сторону последней части аллеи лежит местность топкая, болотистая, прежде сюда доходил Петровский пруд.

При конце аллеи стоит небольшой шалаш, где живет сторож питомников — маленький, сутуловатый старичок, вечно с трубочкой. Со всеми проходящими он почтительно раскланивается, а 29 июня, в день св. Петра и Павла, он, раскланиваясь, добавлял: «Я сегодня именинник!» Конечно, следовало поздравление и «на чай».

Аллея кончилась — вы выходите на обширный луг, по которому протекает Воронеж. Река тихая, полноводная, на ней нет песков, которые мы встречаем на больших реках. На небольших островках на шестах раскинуты сети рыбаков. В стороне видна дорога и мост через реку. Налево от вас водяная мельница минеральных вод, приводимая в движение водой Петровского пруда. На другой стороне, против купален, бывший водочный, теперь только спиртовой завод Мариинского общества. 27 июня завод прикончил свою самостоятельную деятельность. Долгий, унылый свиток огласил окрестность, что не будет больше Мариинской водочки! Сердце ни одного из любителей живительной влаги, вероятно, дрогнуло.

Узенькая тропинка приводит вас к купальням.

Купальни две — общая мужская и общая женская, есть и номера. По внешнему виду купальни неважны, но зато купанье в Воронеже истинное наслаждение. Вода чистая, свежая бежит и ласкает ваше тело, хочется купаться без конца. Мелкая рыбешка снует между ног, порой заходит и большая; так, например, женскую купальню очень долго посещала большая рыба и производила переполох среди посетительниц. Одна энергичная инженерша устроила было облаву на нее, но без результата. Около купален пристань лодок. Есть и буфет с продажею чаю, вод и холодных закусок. Вода три раза в день измеряется. В жаркое лето 1901 года температура ее доходила до 25°. Купающихся всегда очень много. Постоянно подъезжают дроги, или так называемые «линейки» и на них целая компания со всевозможными купальными принадлежностями.

Кучер отправляется с лошадью на противоположный берег и там, в ожидании «господ», купается сам и купает лошадь.

Кому тесно в купальне, берет лодку, уплывает вдаль по реке и там купается на просторе.

Купанье в Воронеже настолько заманчиво, что некоторые нетерпеливые больные, не дожидаясь окончания приема полного курса ванн, переходят к купанью в реке.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты
Гость
Вы комментируете как гость. Если у вас есть аккаунт, пожалуйста, войдите
Ответить в этой теме...

×   Вставлено с форматированием.   Восстановить форматирование

  Разрешено использовать не более 75 эмодзи.

×   Ваша ссылка была автоматически встроена.   Отображать как обычную ссылку

×   Ваш предыдущий контент был восстановлен.   Очистить редактор

×   Вы не можете вставлять изображения напрямую. Загружайте или вставляйте изображения по ссылке.

Загрузка...
Авторизация  



  • Мы ждали именно тебя! 

    Заходи, нужно многое обсудить, нам нужен твой совет! 

  • Похожий контент

    • От thefate
      Лето на Липецком курорте. Очерк А. С. Толстова. 1902 год.
      Глава 1
      В конце мая меня занимал вопрос, на какой из русских курортов поехать, чтобы избавиться от ревматизма. Я решил сам выбирать курорт для лечения. Обложился путеводителями по разным русским курортам, добрый знакомый ссудил меня целой серией брошюр «Наши русские курорты» — приложение к журналу «Народное здравие». Изучил добросовестно. Все они носят рекламный характер: на всех курортах хорошо — целебно и жизнь дешева.
      — Ну, конечно, едем на Кавказ! — решили мы, когда прочитали новый путеводитель по Кавказским минеральным водам: так все дешево и так целебно... На Кавказ!
      — А правда ли здесь пишут? — шепчет голос сомнения, — Не пришлось бы раскаяться.
      И так и сяк почитаю путеводитель — все дешево, а сомнение берет. Попал мне в руки нумер «Донской Речи», почитал корреспонденцию из Пятигорска о том, как там дерут домохозяева бедных больных, — решил ехать куда-нибудь попроще, подоступнее — в Руссу или в Липецк. В Руссе я был: курорт благоустроенный и от ревматизма помогает, да только климат скверный... Едем в Липецк.
      Наш поезд вышел из Ярославля. Страшная молния сверкала в окно вагона; свет ея был зловещим среди ночной темноты. Боязливые пассажирки закрывали шторы. Дождь лил, как из ведра.
      Перед нами сидел инженер с семейством, вошли они в Ярославле. Начался разговор, конечно, с погоды. Подивились сообща и молнии и дождю, а потом уже и последовали вопросы:
      — Далеко ли едете?
      — В Липецк... а вы?
      — В Пятигорск, поотдохнуть и полечиться. Тема для нас очень интересная. Инженер и его семья взапуски восхваляли дешевизну жизни на Кавказе. К ним присоединилась дама из Воронежа.
      — Знаете ли?! — восклицает она: — на Кавказе жизнь гораздо дешевле, чем в Липецке... Я знаю отлично.
      Нас убеждают поехать на Кавказ.
      Но мы все-таки решили заехать в Липецк — познакомиться с курортом: понравится — остаться там, не понравится — уехать на Кавказ.
      Прошла вторая ночь нашего пути — мы уже за Ряжском. Кругом царство поля.
      «Мелкнет жилье, мелкнет едва, а там поля, опять поля». Среди полевого простора виднеются, как маяки среди моря, сельские церкви. Мы едем плодороднейшим уездом Рязанской губернии —Раненбургским. До последнего времени местность эта была глухая: здесь пролегал только один железнодорожный путь — от Рязани до Козлова. Все хлебные богатства этого уезда стягивались на станцию Александро-Невск (прежде Раненбург и Якимец), которая из маленького поселка разрослась в городок. Теперь значение ея упало: Раненбургский уезд изрезан железными дорогами, он, скрещиваясь, образуют здесь треугольник, в вершинах которого находятся станции — Раненбург, Астапово и Конюшки. Почти на каждой станции открылась ссыпка хлеба; например, станция Конюшки, возникшая среди поля, близ деревушки Писцово, отправляет ежегодно более 2000 вагонов хлеба.
      Со станции Богоявленск, откуда начинаются ветви Рязанско-Уральской жел. дороги на Смоленск, Москву и Елец; мы вступаем в пределы Козловского уезда. Опять та же ширь полей. На станциях бабы, девушки и ребятишки в изобилии продают лесную землянику.
      А вот и шумный, богатый Козлов. Вокзал, когда-то отличавшийся роскошью, теперь позапущен, требует ремонта. Буфет торгует очень оживленно. По платформе целыми толпами разместились переселенцы, больше хохлы, ждут чуть ли не третий день отправки в Ряжск, а там опять ждать. Такие толпы можно встретить, кроме Козлова, в Грязях, Богоявленске и Ряжске. — В Козлове с 1901 г. издается «Козловская Газета». Я приобрел нумер в надежде найти что-либо о Липецк —ничего. Газета слишком молода, физиономии должной не успела еще приобрести.

      Мы в Грязях. Грязи — одна из лучших станций Российских жел. дорог. Зал I и II кл. высокий, в два света, с зеркальными простенками. Всякий, кто бывал на этой станции, знает, какое огромное движение бывает на ней летом. Утром и вечером здесь сходятся по нескольку поездов. Тогда начинается перетасовка пассажиров: одни из орловского поезда пересаживаются в кавказский, другие с кавказского на царицынский. Шум, толкотня, постоянные звонки, выкрикивание сторожей: «В Козлов, Ряжск, Рязань, Москву — пожалуйте садиться!» свистки кондукторов и паровозов. На это время сюда стекается много воров, иногда прямо из рук выхватывают вещи у пассажиров, особенно ночью.
      Нам тоже пришлось пересесть в липецкий поезд, и мы очутились в положении переселенцев: все поезда ушли, а наш ни с места. Пассажиры волновались, грозили жаловаться, но потом скоро закуривали папиросы и мирно начинали беседовать. Энергичнее оказалась одна барышня. Она долго терпеливо лежала на диванчике, потом вскочила, выбежала на площадку и набросилась на первого попавшегося смазчика.
      — Что это за безобразие!... Какие это порядки! Все поезда ушли, а мы не уехали еще... Почему наш поезд не едет?
      Смазчик от такого потока слов растерялся, он виновато отвечал:
      — Так что, барышня, я не причем... как начальство...
      — Начальство, начальство... знать я ничего не хочу... Начальство, а поезд не едет...
      Совершив свою миссию, барышня снова улеглась. Слова ее как будто подействовали. Через несколько времени поезд уже мчал нас от Грязей к Липецку. Я в последний раз пробежал по путеводителю, как вести себя при приезде в Липецк.

      Вдали, утопая среди садов, показался Липецк, на высокой горе, у подошвы которой вьется красавица река Лесной Воронеж. Переезжаем ее по мосту. Далее по одну сторону полотна идут поля, а по другую — море садов, владение крестьян пригородных сел; сады тянутся на несколько верст. Мы проезжаем мимо огромного, великолепно построенного чугунно-литейного завода бельгийского общества. Три колоссальные трубы этого завода, далеко видны отовсюду, служат памятником нашумевшей в свое время кожинской истории. В окрестностях Липецка много залежей железной руды, принадлежит она городу и соседним крестьянам. Всю ее задумал прибрать к своим рукам бывший липецкий предводитель дворянства Кожин — человек, не получивший никакого образования, но с практической сметкой. Скупал он руду за безценок (¼ коп. за пуд), не пренебрегал при этом никакими средствами, пользовался своей властью в уезде и водочкой. Мужики подписывали приговор, обыкновенно, в том блаженном состоянии, когда «по колено море». Городу он пообещал выстроить завод на его земле, а вместе с тем, конечно, должна была оживиться торговля Липецка, поэтому и город попался на удочку предводителя.
      Благоприобретенные за безценок богатства Кожин перепродал, за высшую, конечно, цену, бельгийской акционерной компании. Начали копать руду и строить завод. Завод начали строить, да только не на городской земле, постройке на которой воспротивилась администрация Липецких минеральных вод, а на земле крестьян села Сокольского, в 6 верстах от города. Все ожидаемые блага от города ушли безвозвратно. Горожане взволновались, поднялись и мужики: хмель у них уже прошел. Начались судебные процессы; печать громила Кожина, для которого исход борьбы на этот раз не был благоприятен: крестьяне и горожане одержали верх, да к тому же только пред тем триумфально избранный предводителем на новое трехлетие Кожин за свои деяния был уволен от занимаемой им должности по Высочайшему повелению. В накладе остались бельгийцы: они без руды и без денег, отсюда возник новый процесс бельгийцев со своим бывшим директором Кожиным. Завод стоял не один год без дела.
    • От thefate
      1868 год — Липецк и Липецкие минеральные воды.
      Часть 2
      Гуляний здесь очень много, и, при разнообразии картин, вы почти не замечаете, как целые дни проводите на ногах, без чувства усталости. К живописнейшим местам относится съезд около собора с видом на противоположную часть города и на равнину, широко расстилающуюся у подошвы гор и прорезанную серебристою лентою Воронежа и зеркалами озер. Налево, под самою горою, лежит нижний сад минеральных вод, из середины которого, как из корзины зелени, смотрит на вас белыми своими стенами здание минеральных ванн. Перед его фасадом, несколько напоминающим постройки времен Павла 1-го, расстилается огромный, цветной ковер, как сеткою, изрезанный желтыми дорожками. Не много правее, из-за деревьев, через искусно поделанные просеки виднеются: здание минерального колодца и вокзала. Другая красивая очень местность, это — верхний сад минеральных вод (Дворянский), с примыкающим к нему ущельем, называемым Монастыркой. Здесь, как будто из под ног ваших, вырастает древняя церковка очень живописной архитектуры, только немного испорченная отбелкой. Это остаток древней Липецкой пустыни.
      На обрыве, между зеленью, торчат камни старого кладбища, и внизу, под горою, на берегу озера, бьют ключи живой воды, с такою силою, что на них можно бы построить мельницу. Отсюда, по берегу озера, пролегает дорога в нижний сад, так что оба сада, не более как на четверть версты отстоящие, можно соединить ею в один. Третья местность, опять в совершенно ином роде — это продолжение оврага, разделяющего обе части города, который, вверх по течению реки Липовки и у источников ее, отстоящих от минеральных вод не более как на версту, получает название «каменного лога». Это ущелье между двумя крутыми горами, которых обнаженные каменные стены иногда выдаются в виде правильных поверхностей, ограниченных правильными линиями, и кажутся гигантскими развалинами каких-то построек титанов. В щелях этих развалин, как птичьи гнезда, вырастают беленькие хижины, на половину вколоченные в гору; к хижине иногда ведет крутая тропинка, а иногда ее вовсе не видно. Внизу, из под стен горы, прорывается, двумя десятками ключей, река Липовка. Ничто не может быть живописнее этого ущелья; когда, в ночное время, в хижинах зажгут огни — вы проезжаете или проходите тогда по лугу, как по зачарованной долине. Отсюда, влево, ведет очень хороший въезд на гору, по которой пролегает дорога в г. Воронеж, и тут же Воронежский сад, — еще одно из городских гуляний; это роскошная, дубовая роща в которой можно вздохнуть настоящим, лесным воздухом, не выезжая из города.
      Если же вы поворотите из каменного лога направо, то обогнете кругом конусообразную гору, называемую городищем, о которой существует предание, что здесь было укрепление и росла сказочная липа, давшая этой местности название Липицы. От Липицы произошла Липовка и Липецк. Наконец, для любителей деревни, есть гуляние в противоположной стороне — село Студенки, находящееся в двухстах шагах от заставы Дворянской улицы, по дороге в Козлов. В Студенках, нынешним летом, явилось еще одно интересное место, привлекающее очень много гуляющих, — это громадная насыпь, которую сделали через Студенский овраг, чтобы проложить рельсы железной дороги. Инженеры разочли, что здесь пришлось бы строить очень длинный и высокий мост, потому созвали тысячи народа, дали каждому в руки лопату и тачку и в одно лето насыпали гору, точь-в-точь той же высоты, какие образовал Студенский поток, роя землю тысячи лет. Для потока проделали, только, через подошву насыпи, каменную трубу, просветом в высоту всадника с лошадью.
      Из окрестностей Липецка особенно заслуживают внимания: село Сокольск, некогда город, ныне интересный мостом, выстроенным для железной дороги; лесная ферма, которую стоит посетить, хотя бы для того, что дорога к ней пролегает по сосновому лесу, в котором чудный бальзамический воздух, и наконец село Романово, отличающееся прекрасными видами на Воронеж и его берега, и также не лишенное интереса в отношении историческом, так как Романово было некогда городом, а надгробные камни, рассыпанные по вершинам гор, доказывают, что очень много поколений положили здесь свои кости.

      Куда бы вы ни поехали и откуда бы вы не возвращались, вам всегда, как мореплавателю полярная звезда, служит путеводителем колокольня Липецкой соборной церкви, видимая отовсюду за полтора десятка верст и более. Эта церковь самая красивая и вместе с тем самая давняя постройка, которая относится к первым годам нынешнего столетия. Прочие церкви в городе были тогда деревянными и только недавно выстроены из кирпича, за исключением монастырской церковки, которой постройка относится неизвестно к какому времени. Липецкая пустыня, к которой она принадлежала, уничтожена в 1705 году. Липецк отстоит на полтораста, почти, верст от Тамбова и Воронежа, на семьдесят верст от Козлова и Ельца, на пятьдесят от Лебедяни и Задонска. По всем этим трактам езда во всякое время бывает очень удобна, потому что везде, кроме почты, есть вольные ямщики. С Воронежем, Козловом и Ельцом, Липецк, в настоящее время, соединен железною дорогою, которая почти уже окончена. В самом Липецке, хотя есть достаточно гостиниц и постоялых дворов, где можно остановиться, но они не отличаются чистотой. Лучшие номера в гостиницах Клюева и Золотого Льва, но в них останавливаются только тогда, когда нет места в гостинице Минеральных Вод, которой устройство, цены, пища и пр. нарочно приноровлены к потребностям приезжающих на минеральные воды. Эта гостиница, находящаяся на отличном, возвышенном месте, против ворот Нижнего сада, окончена и открыта только в прошлом году. Она содержит, кроме подвального этажа для помещения служб, в бельэтаже две огромные залы для ресторана и девять номеров для приезжающих, во втором этаже еще три номера, так что всех квартир, в одну, две, три и четыре комнаты, находится здесь двенадцать, ценою от 50 к. с. до 2 р. 25 к. в сутки. Номера снабжены постелями, вентиляцией и пр. Вообще гостиница устроена и меблирована самым лучшим образом и содержится в таком порядке, что, по чистоте, удобствам и дешевизне может быть сравнивма с заграничными гостиницами. Из гостиницы Минеральных Вод отпускаются приезжим на дома кровати с постелями и бельем, обеды и пр. Здесь же содержатся комиссионеры для разыскивания квартир в городе и извозчики.
      Квартиры в городе, при помощи комиссионеров, отыскиваются очень легко, бывают удобны и недороги. Им, ежегодно, составляется список с отметкою квартала, числа помещений и цены; список этот печатается, и в конторе Минеральных Вод раздается приезжим. За 200 р. с. в сезон можно иметь очень хорошее помещение, состоящее из восьми комнат с соответствующими службами, на Дворянской улице; меньшие помещения стоят соответственно своим удобствам дешевле, и все, почти, снабжены балконами, цветниками и садами, что делает проведение летнего времени в Липецке очень приятным. Квартиры, которые, кроме мебели, нужно бывает снабдить различною домашнею утварью, необходимою для приезжающих семейств, отдаются относительно дороже; но, во всяком случае в квартирах не бывает недостатка.
      При квартирах можно иметь за особую плату лошадей и экипаж, хотя это удобство не дешевле достается, как напр. и в Москве. Для того, люди с небольшими средствами приискивают обыкновенно себе помещение по близости минеральных вод, что не трудно бывает исполнить, так как минеральные воды лежат в центре города.
      После помещения, первое место занимает кухня, и в этом отношении Липецк, на три, четыре губернии может быть — единственное место, где находятся в удивительном изобилии все почти продукты, необходимые для выгодной и даже роскошной жизни. Дичь всякого рода, бакалейные товары, вина, фрукты, начиная с отличнейших дуль и слив до ананасов, персиков, абрикосов и пр.; ягоды, как земляника и малина, которые каждый день, не выходя из комнаты, можете покупать корзинами, отличнейшие арбузы и дыни, словом все, что в хорошем умеренном климате делает летние месяцы, в отношении к пище, приятным и благодетельным для здоровья и все это, сравнительно, так дешево стоит, что в любом городе кухня не может вам стоить дешевле. Если же вы захотите брать стол в гостинице Минеральных Вод, которой кухня считается здесь лучшею, то жизнь вам обойдется еще дешевле. В гостинице билет на 30 обедов, из трех блюд, стоит 15 р. с., а месяц стола из четырех блюд, которые вы можете делить на обед и ужин — 18 р. с. Отдельные порции стоят от 20 — 35 к. с., стакан чаю — 10 к. с., стакан кофе — 15 к. с. Те же обеды можно получать и на дом.
      В отношении других потребностей жизни, как платье обувь, шерстяные, шелковые и галантерейные товары, Липецк не уступает губернским городам и имеет еще то преимущество, что, доставляя купеческому классу дешевое содержание, позволяет ему пользоваться гораздо меньшими торговыми барышами и иметь чаще свежие товары из Москвы и Петербурга. Наконец все, в чем постоянный или временный житель Липецка может иметь надобность, находится у него под рукою — мастеровые всякого рода, легко добываемая прислуга, магазины, аптека, почта, телеграфная станция, хорошее и образованное общество, состоящее по большей части, из помещиков и дворян здесь живущих, а во время сезона общество приезжих, гулянья, катанья, купанья, различные зрелища, театры, концерты, танцевальные вечера, балы и пр.
    • От thefate
      Лето на Липецком курорте. Очерк А. С. Толстова. 1902 год.
      Глава 10
      Жизнь курортная течет таким образом. Пробуждается она довольно рано, и узко к 7 часам движение в Нижнем парке, начинают брать ванны. Все спешат дома пить утренний чай и идти в Нижний парк на музыку, которая играет с 9 часов. Это самое лучшее время в парке, оживление полное. Общей картине много интереса придают институтки — молоденькие личики рассыпаются по всему парку. Воздух чудный, свежий. Всюду слышите оживленную беседу больных, особенно трещат барыни.
      — Вы куда?
      — К Рачинскому! А вы брали ванны?
       — Нет, только иду! От ванного здания несется:
      — Фекла, убирай ванну! — кричит ванщик толстой, флегматичной девице Фекле.
      — Степан! привези еще тазик горяченькой! Словом, фабрика изгнания людских недугов, которыми их наградила городская жизнь, в полном ходу.
      Уже чуть ли не в десятый раз бежит по аллее от ванного здания к курзалу и обратно маленькое курортное начальство, в форменной зеленой фуражке и с клюшкой.
      Целая компания собирается около фонтана, против ванного здания, в ожидании ванн. То и дело приезжают и уезжают извозчики с седоками: аккуратные больные прямо после ванн укутываются в пледы и едут домой. Некоторые ублаготворяют себя чайком, слушая музыку. На время музыки открывается чайный буфет прямо против ротонды, столики расставлены на берегу речки Липовки.
      Летом 1901 года здесь играл оркестр Велико-Луцкого полка, из Тулы, под управлением свободного художника Венской и С.-Петербургской консерватории Н. С. Подкаминера, человека преданного своему делу. Оркестр, числом 27 человек, с хорошими новыми инструментами, поставлен был очень недурно, репертуар разнообразный.
      В 10 ½ часов музыка кончает играть, а вскоре за этим начинает пустеть и парк. В 3 часа дня совсем уже пусто, лишь изредка пробегают одинокие лица, спеша в ванну или из ванны — их принимают почти до 5 часов — или обедать в курзал. В курзале обедают многие для компании. Около трех-четырех часов все столики бывают заняты. Всякий старается занять место на краю террасы, а некоторые устраиваются на площадке перед курзалом. Деятельными участниками обедов являются воробьи, они рассыпаются по всей веранде, в ожидании хлебных подачек.
      В 6 часов начинает играть музыка в Верхнем или Нижнем парке: по понедельникам, средам и пятницам музыка играет в Верхнем, а в остальные дни — в Нижнем. Но и в дни музыки в Верхнем парке, после 8 часов, она переходит в Нижний парк и здесь играет специально для буфета. Общее желание публики, чтобы музыка чаще играла в Верхнем парке, как более живописном и гигиеничном — в Нижнем парк по вечерам бывает сыро. Приезжими по вечерам посещается исключительно Верхний парк, напротив, Нижний в это время посещается липецкими обитателями. Тесно там бывает тогда и пыли достаточно.
×